Cумрак

За окном лил дождь и даже яркие осенние листья не могли развеять сумрак, царящий вокруг. Сумрак поглощал дома один за другим, крался по мощеным мостовым и фонарь за фонарем неизбежно приближался к городской ратуше.
Не так, чтобы ему это очень нравилось или он очень любил поглощать дома. Они в основном все были одинаковыми на вкус, промокшие панели отдавали цементом, а холодные стекла были неприятно склизкими. Изредка, конечно, попадались интересные дома из добротных камней, вот их Сумрак любил рассматривать со всех сторон, обволакивать каждую щелочку и бороздочку, пробовать на вкус и вдыхать запах столетий. Они напоминали ему о молодости, когда он стремглав мчался мимо этих самых домов, не замечая ничего вокруг и стремясь раньше всех добраться до ратуши. Сейчас он был более спокойным и выполнял свое дело, смакуя каждый шаг. В тишине были слышны лишь мелкие капли дождя, как вдруг его внимание привлекло окно дома неподалеку, до него он еще не добрался. Ставни открылись и в окне показалась кучерявая девчушка, которая размахивала сачком и что-то неистово вопила.
Раньше ему никогда не приходилось встречать людей, они обычно быстро захлапывали ставни и прятались в домах, так что открытое настежь окно его явно заинтересовало. Он никогда не обволакивал дома изнутри, только те, где никто не жил и не закрывал ставен, а они были такими же скучными внутри, как и снаружи. Сумрак подкрался, сначала собрался за углом, но увидев, что девочка машет ему и не пытается спрятаться, подобрался к ней ближе, уселся на подоконник и спросил:
– Ты чего?
– Я, я ловлю облака!
– Какие это облака?
– Вот эти, пушистые! – и ткнула сачком ему в хвост.
– Это мое… – пробормотал Сумрак.
– А теперь – мое! – захохотала девочка и звонкий смех непривычным колокольчиком разнесся по всему сумраку. Однако стоило девочке отойти от окна, чтобы спрятать добычу в баночку, как кусочек сумрака растворялся.
– Я же говорил, что это мое и никто его не может забрать, – усмехнулся Сумрак.
– Отдай мое облачко, я очень-очень его хочу!!!
Сумрак сгустился, собрал большой пушистый комочек и протянул его девочке.
– Такое облачко хочешь?
– Да-да, на радостях воскликнула девчушка и собиралась было унести облачко в свою банку, но оно опять растворилось…
– Видишь, не получается, – улыбнулся Сумрак, – ты не можешь взять того, что не твое.
– Но я хочууууу!!! – девочка надула губу и уже готовилась залиться слезами. Тогда Сумрак решил зайти и осмотреться внутри, но стоило ему подойти ближе, как он начинал растворяться.
– Ничего не понимаю… – замешкался он и поспешно удалился.
– Нет, стой! Ты куда? – кричала ему вслед девчушка, но Сумрак уже добрался до ратуши и на город опустилась тьма.

C тех пор Сумрак прежде чем спуститься на город первым делом подбирался к заветному окошку, сгущался и все пытался дотронуться до комнаты девочки, а она звонко хохотала, когда он создавал туманные кораблики, гномиков и цветы. Она уже даже не пыталась его поймать, просто смотрела, как он растворяется и снова появляется и радовалась вместе с новым другом. Сумрак тоже научился хохотать, как-то серенько и незвонко, по-сумрачьи, но ему и это нравилось.
Однажды, он уже по привычке мчался к окошку девочки, но на этот раз оно оказалось закрытым. Сумрак постоял рядышком, покрутился вокруг, но окошко было все так же заперто. Он уже начал было рассеиваться от грусти, но вдруг заметил маленькую щелку между рамами и решил все же заглянуть внутрь. Куда могла подеваться его девочка?
Девочка же никуда не подевалась, она просто лежала в кровати, бледная и почти такая же серая, как и он сам. Вокруг нее то и дело ходили какие-то люди, и он не мог улучить момент, чтобы подойти к ней и узнать, в чем дело. Когда все ушли, Сумрак подошел ближе, на этот раз он не рассеялся и уже мог охватить всю комнату деовчки. Он не знал, как разбудить ее, поэтому просто завязал ей на запястье туманный воздушный шарик и уже собрался улетать, а она вдруг открыла глаза, слабо улыбнулась, отчего туманный шарик рассеялся, и снова уснула. Сумрак никак не мог понять, что же происходит: с одной стороны он снова хотел поговорить с девочкой и посмеяться, а с другой стороны ему было очень интересно объять всю ее комнату, почувствовать, наконец, как она прикасалась к своим игрушкам, рифленому шкафчику и вставала на вот эту маленькую табуреточку, чтобы достать вооон ту коробочку, а там – сладости. Сумрак самозабвенно исследовал все вокруг, впитывая каждый ее след, пока часы на ратуше не начали отстукивать минуты до его возвращения. Он быстро разлетелся, пообещав спящей девочке вернуться снова.
Он возвращался, возвращался каждый день и открывал все новые и новые комнаты, где сидели какие-то люди и плакали, ругались, что-то громко обсуждали, а девочка все так же спала, и даже туманные кораблики не могли нарушить ее сон.
Спустя некоторое время Сумрак уже не знал, как разбудить ее, он понимал, что, наверное, творится что-то неладное, раз столько времени девочка ни разу не подала своего звонкого голоска. Тогда-то он и решил обратиться к самой могущественной и мудрой Той Самой Тьме, ведь она была и будет всегда и поэтому наверняка сможет разъяснить, что к чему.
Тьма же просто расхохоталась своим раскатистым черным смехом в ответ на невнятные объяснения Сумрака.
– Да, да, мой мальчик, не волнуйся, я скоро приду за девчонкой. Если хочешь, отдам ее тебе! Будете вместе готовить город к моему приходу на веки вечные!
– На веки вечные… – радостно вторил ей Сумрак, представляя как он с девочкой будет летать по всему городу, строить туманные башни, охватывать целые дома… слизывать мокрый асфальт, впитывать запахи протухших погребов и никогда больше не заливаться звонкими смешинками, а лишь смехоподобно скрежетать по-сумрачьи… тут он помрачнел и сгустился в комок…
– Ну-ну, полно тебе, это будет не больно и уже совсем скоро. Я приду за ней завтра, сразу как только ты доберешься до ратуши, так что если хочешь слиться с ней поскорее, советую поторопиться. Чтобы больше я твоих опозданий не видела!
Сумрак вяло кивнул и сел на край здания дожидаться своей утренней смены. Он хотел снова радоваться с девочкой, собираться в ее сачок и становиться занавесками на ее окошке, носить ее в своих туманных руках и рассеиваться от ее смеха. Но что он мог поделать? Та Самая Тьма была очень могущественной и если она сказала, что заберет девочку завтра, значит так оно и будет… у него всего один вечер, чтобы что-то придумать, и одно утро… да, утро! Он вспомнил про Солнечный Свет, сестру Тьмы, с которой они не ладили и ему было запрещено даже близко к ней подходить., Сумрак сторонился ее и развеивался при первом приближении, но если Свет его так легко рассеивал, значит, сможет рассеять и Ту Самую… надо только подольше задержаться сегодня утром, а не убегать от Света, может тогда она согласиться поговорить.
Первые петухи еще только вытянули хохолки, как Сумрак уже мчался прочь от ратуши навстречу восходящему Свету.
– Свет, постой, не растворяй меня, мне нужна твоя помощь!
– Сумрак? Ты ли это? Что тебя привело в столь рискованное для тебя путешествие. Ты же знаешь, что мои лучи опасны для тебя.
– Да-да, знаю, у меня мало времени и нет другого выхода. На третьем этаже серого дома за углом живет девочка, очень хорошая девочка, которую Та Самая Тьма собралась забрать сегодня. Но я не хочу, она очень веселая и задорная, и совсем маленькая, она не похожа на тех старушек, которые сами просили Тьму забрать их. Я хочу, чтобы она снова смеялась. Ты можешь рассеять Тьму? Пожалуйста, прошу тебя, не уходи сегодня, пусть Тьма не сможет прийти за ней.
– Мой милый мальчик, ты всегда был таким самоотверженным. Я рассеиваю тьму, но есть законы, нарушить которые я не могу. Без Тьмы не будет меня, без меня не будет Тьмы. У каждой из нас свое время и мы сменяем друг друга с начала времен. Изменить этот ход не в моей власти.
– А кто может? И вообще что можно сделать?
– Ты не хочешь быть с твоей любимой девочкой веки вечные? Тьма же тебе, наверняка, предложила такой расклад.
– Хочу, но не так. Не хочу чтобы она стала такой же серой и бесформенной как я, чтобы обнимала вонючие канавы и сворачивалась от холода, не хочу!
Свет улыбнулась украдкой и сказала:
– Я, кажется, знаю, кто может тебе помочь. Она надо мной и над Тьмой, она над всем миром и за его пределами, она не считает дней и ночей и не ведает пространства. Но у тебя очень мало времени, чтобы ее найти. Отправляйся вслед за моим лучом, сегодня будет туман и тебе будет легко лететь. И помни, что до вечера очень мало времени, если ты не вернешься, Тьма опустится сразу после моего последнего луча и свою девочку ты больше не увидишь.
Сумрак стал легче, разряженнее, светлее и стремглав полетел вслед за лучом Света, лишь издали прокричав: “Спасииииибо!”
Угнаться за лучом, летящим со скоростью света, была задача не из легких. Сумрак летел изо всех сил, то теряя луч из виду, то догоняя его снова, цепляясь за здания и леса, разбрасывая себя пути, пока не превратился в разряженную и еле видимую пустоту, пару атомов которой все еще летели за лучом света в надежде спасти девочку… Он полностью растял в полете и теперь не понимал, как лететь дальше, а главное – куда? Луч света уже давно скрылся из виду, а другого ориентира у него не было. Неужели Свет оказалась такой же, как и ее сестра? Неужели она обманула его и рассказы Тьмы о ее предательстве и коварстве правдивы? Сумрак висел где-то в незнакомой глуши, не зная, куда лететь дальше, да и был настолько разряжен, что даже не понимал, как может снова собраться и сгуститься, прежде чем двинуться куда бы то ни было.
Вечер уже давно наступил, и Та Самая уже наверняка забрала ее, Тьма никогда не опаздывала. Эти мысли раздирали его и он бы заскулил, как волки в той чаще неподалеку, да не умел. Ему оставалось только уйти в пустоту, ведь даже его последние атомы не смогли бы ничего изменить. Теперь его не было, каждая его частичка была разбросана по всему миру в погоне за лучом света, лучом надежды. Теперь он стал пустотой. Это было новое ощущение, ему не надо было никуда лететь, он был всем миром и ничем одновременно, но управлять этим состоянием он не мог, он был лишь застывшим эфиром и только мысль о девочке пульсировала где-то в этой пустоте…
Вдруг он увидел ее дом, тот самый дом и окно, как наяву. “Как же так? Я же в глуши!”, видение тот час же пропало, сменившись на невзрачные пейзажи, но стремление снова увидеть дом, и окошко, и девочку стало только сильнее. Он снова начал вспоминать вкус этих стен и рыжие кучеряшки, еще больше завивающиеся от Сумрака, и табуреточку у рифленого шкафа, и мурчащее от удовольствие лицо девочки, смакующей сладости из потайного ящичка, каждую складочку ее платья и каждую веснушку на ее щеках – он давно их сосчитал и знал наизусть так, что даже рассмеялся от того, насколько живо все представил. Он все еще расплывалася в улыбке всей пустоты, когда заметил перед собой ее дом, и окно, и девочку, сидящую на кровати и смакующую сладости.
– Ты здесь? Ты проснулась? – Он вдруг оказался рядом с ней, он стал той конфеткой, отдающей весь свой вкус девочке, и ветром, ворвавшимся в распахнутое окно и играющим с ее кучеряшками, он стал каждой ее веснушкой и теперь обнимал ее, сливаясь с ней и всем миром.
– Свет, постой! – крикнул он уходящему Солнцу, – Ты помог ей? Тьма больше не заберет ее?
– Это ты помог ей, мой мальчик, – улыбнулась Свет.
– Как так? Я развеялся, я стал пустотой и вдруг увидел ее и оказался тут. Я же ничего не сделал.
– Иногда, чтобы найти Ту, что над Светом и Тьмой не нужно ничего делать, нужно просто отказаться от себя, от того, что ты считаешь собой и оставить только то, что по-настоящему важно. Ты растерял свой сумрак по пути, но не растерял Любовь, даже когда от тебя остался всего один атом.
– Любовь? Так я за ней гнался, а стал просто пустотой…
– Ты гнался за собственными страхами, а когда они развеялись, осталось только то, что внутри. Пустота – вокруг, а Любовь всегда внутри, и тебе решать, чем наполнить эту пустоту. Ты выбрал Любовь и теперь она не только в тебе.
– Да, я чувствую, я ощущаю ее и себя, и девочку, и… и… и даже тебя, Свет! И… и Тьму…
Солнце рассмеялось алыми лучами заката. “Теперь ты все понял, мой мальчик!”
Сумрак-пустота-любовь, Он был никем и всем одновременно, он проникал в сердца людей и наполнял их силой, когда у них опускались руки, он придавал смысл миру вокруг и обнимал весь город, который люди прозвали Городом Любви. Город, где ночь наступала сразу после последнего луча заката, а о том, что когда-то город был Сумрачным не помнил уже никто, никто, кроме рыжей девочки-девушки-женщины-бабушки, сквозь года пронесшей воспоминания о волшебных кораблях из тумана и дне, когда она проснулась от дыхания теплого ветра и попробовала самые вкусные сладости в мире. То теплое дыхание теперь было всегда с ней, до последнего вздоха, до тех пор, когда она будет готова открыть свою пустоту







Instagallery: follow #EVEnotepad